an image
Поиск
Это интересно

В путь за звоном

У людей бывают самые разные увлечения; одни собирают книги, другие любят рыбную ловлю, третьи гоняют голубей, четвертые занимаются вышиванием. Но, пожалуй, единственное в своем роде увлечение захватило жителя одного из городов ФРГ Густава Ильга. Вот уже 20 лет его любимым занятием является слушание колокольного звона. Стоит ему узнать, что где-то существует колокол со своим особым «голосом», как Ильг немедленно отправляется в путь. Он побывал во многих странах мира, пополняя свою удивительную «коллекцию» звона.

Анонс

О чем рассказал водяной знак

Почему та или иная марка увидела свет? Иногда это узнать довольно-таки трудно. И тогда филателист превращается в исследователя. В статье, которую мы предлагаем читателям, Н. В. Лучник — научный работник из города Обнинска — рассказывает о своих поисках и сомнениях, о том, как он проследил почтовую жизнь двух обыкновенных марок России.

Всякий, кто собирает русские марки, знает выпуск «со стрелками». Эти марки издавались с 1889 по 1909 год. Они печатались на бумаге с горизонтальными и вертикальными полосками водяного знака. Три номинала — 15, 25 и 70 копеек были только на бумаге с вертикальными полосками (указано в любом каталоге). Но с чем это связано? История двух первых марок меня и заинтересовала.

Для начала я сопоставил номиналы марок этого выпуска с предыдущим— «без стрелок», издававшимся еще в 1883—1884 гг., до объединения Почтового департамента с Телеграфным. Номиналы прежних марок были: 1, 2, 3, 5, 7, 14, 35, 70 копеек, 3 руб. 50 коп. в 7 рублей. Смысл таких номиналов для всякого, знакомого с историей русской почты, понятен. 1 и 2 коп., согласно тарифам того времени, предназначались для оплаты бандеролей, 3 коп. — для открыток, 5 коп. — для закрытых писем городской почты, 7 коп. — для иногородних простых писем весом до одного лота и так далее.

Когда в 1889 г. выпустили марки «со стрелками», то повторили все предыдущие номиналы. Правда, они поступили в обращение не все сразу, видимо, оставались большие запасы неиспользованных марок предыдущего выпуска. Значительная часть номиналов увидела свет 14(26) декабря, а некоторые позднее. Это 50-ти коп. (1891 г.), 35-ти коп. (1892 г.) и 70-ти коп. марки. Последняя выпущена лишь в 1902 году и только на бумаге с вертикальными полосками.

Однако к старым номиналам прибавились еще и такие: 4, 10, 20, 50 коп. и 1 руб. Все они имели новый тип рисунка. Любопытно, зачем в 1889 году понадобились эти номиналы (их выпустили даже раньше остальных — 2(14) мая)? В каталоге под редакцией Ф. Г. Чучина, изданном СФА в 1928 году, сказано: «Марки выпущены для облегчения оплаты заграничной корреспонденции, вследствие введения новой таксы по 10 коп. за 15 грамм». Слишком кратко. И неясно —зачем вышла марка в 4 коп? Ищу разъяснения. Удалось разыскать

Циркуляр № 16 от 17 марта 1889, изданный Почтово-телеграфным департаментом. Из него узнаю, что по указанию Государственного Совета 24 января того же года, вводится повышенный тариф на всю корреспонденцию, адресуемую за границу. Здесь нахожу уже полные сведения. Простое письмо за границу стоит, как мы знаем, 10 коп., открытка — 4 коп., плата «за заказ» — тоже 10 коп. Номиналы 50 коп. и 1 руб., очевидно, предназначены для отправлений большего веса, а 20 коп. — для заказных писем.

Теперь о бумаге. В 1889 г. марки печатали на бумаге с горизонтальными полосками, а с 1902 года перешли на бумагу с иным — вертикальным расположением водяного знака. Но и в 1902 г. марок в 15 и 25 коп., с которых начался мой поиск, все еще нет. Они увидели свет только в 1905 году. Причем в каталогах СФА и «Липсия» эти две марки каталогизированы как отдельный выпуск, тогда как некоторые другие каталоги (Ивер, Скотт) их не выделяют. Теперь понятно, почему марки издавались только с вертикальным водяным знаком: в 1905 г. прежняя бумага уже не применялась.

Что же побудило выпустить в 1905 году марки в 15 и 25 коп.? Единственный каталог, который об этом сообщает, — все тот же 1928 года. В нем сказано: «Выпущены для облегчения оплаты почтовых переводов». Непонятно только, почему раньше не было нужды в этих марках? Может быть, снова, произошло, изменение .тарифа? Нет, дело не в этом.

Долго роюсь в официальном «Почтово-телеграфном журнале», где печатались все циркуляры Почтово-телеграфного ведомства. Наконец в одном из номеров за 1904 год нахожу то, что меня интересует. В частности, статью 24 «Указаний и распоряжений». Эта статья представляется настолько любопытной, что я хочу привести ее полностью

«О введении новых почтовых марок ценностью в 15 и 25 копеек».

I

С 1 января 1905 года вводятся в обращение новые почтовые марки ценностью в 15 и 25 копеек для оплаты как переводов денег по почте, так и прочих видов почтовой корреспонденции. Описание сих марок прилагается.

II

Дальнейший выпуск установленных в 1896 и 1899 гг. («Правительственный Вестник» № 270 и 58) особых бланков с штемпелями в 15 и 25 копеек для переводов денег по почте прекращается, причем обращение имеющихся в наличности сих бланков допускается впредь до совершенного израсходования их.

III

Переводы денег по почте могут быть подаваемы на бланках частного изготовления без штемпеля, как это допущено распоряжением Министерства Внутренних Дел в 1899 году («Правительственный Вестник» №221), при условии уплаты почтовых сборов за перевод денег посредством наклейки на бланки, на соответствующую сумму, марок. Бланки этого рода имеются, между прочим, и во всех почтовых и почтово-телеграфных учреждениях для продажи по 7 коп. за экземпляр.

Вслед за этим следует подробнейшее «Описание почтовых марок 15-копеечного и 25-копеечного достоинства». Его приводить нет смысла — рисунок марок хорошо известен и повторяет рисунок марок достоинством в 14, 35 и 70 копеек. Впрочем, нет, рисунок несколько отличается. После слова «КОП» на новых марках стоит не точка, как прежде, а двоеточие. Все? Отнюдь, нет. Найденный документ вызывает новые вопросы.

Итак, денежные переводы в те годы оплачивались не наличными, как теперь, а почтовыми марками. Но почему для оплаты переводов выпущены именно 15 и 25-копеечные марки, ведь сумма перевода может быть любой? Что это за «особые бланки с штемпелями в 15 и 25 копеек?».

Продолжение ...

Контакты
an image

Уральский центр частных коллекций

620075 Екатеринбург, ул. Красноармейская, 10, Бизнес-центр Антей.
E-mail: Данный адрес e-mail защищен от спам-ботов, Вам необходимо включить Javascript для его просмотра.
 
 
 
 


Советские почтовые тарифы. 1923 – 1967

1. 2. 1926

Решением Совета Народных Комиссаров СССР от 19 января 1926 г. с 1 февраля изменялась стоимость пересылки внутренней иногородней и заказной корреспонденции («Бюллетень НКПиТ», 1926, № 4):

простое иногороднее письмо — 8 коп.,

дополнительный сбор за заказ — 10 коп.

Тарифы на открытые и местные письма оставались прежними:

почтовая карточка — 3 коп,,

местное закрытое письмо: в Москве и Ленинграде — 5 коп., в других городах — 4 коп.

Повышение тарифа с 7 до 8 коп, на самый распространенный вид почтовых отправлений — закрытое иногороднее письмо — значительно увеличило спрос на стандартные знаки этого достоинства; их стало не хватать. Вот почему тогда же, в феврале, был предпринят срочный выпуск 8-копеечных марок золотого стандарта, причем для ускорения выпуска их печатали с трех разных клише. Так появились новые интересные разновидности 8-копеечной марки: первая — отпечатанная типографским способом с перегравированного клише (№ 232 1), вторая — литографская марка (№ 270) и третья, самая редкая из них, — литографская марка с уменьшенным изображением рабочего (№ 291). Обе литографские марки поступили в обращение одновременно — в первых числах февраля и представляют собою один неразделимый выпуск. К сожалению, каталог ГФК 1958 г. допустил серьезную ошибку в описании марок — мало того, что обе они разделены на две самостоятельные серии, дата выпуска марки № 291 указана неверно: март 1926 г. (?!). Любопытно, что марка эта встречается, как правило, с февральским гашением (одно из них приводится здесь), а вот мартовские штемпеля попадаются гораздо реже. Но, разумеется, изданием стандартных 8-копеечных знаков проблема снабжения почты марками еще не решалась. Поэтому к середине 1927 г. был подготовлен новый выпуск с надпечаткой «Почтовая марка 8 коп.». Эти марки изданы значительным тиражом. Для надпечаток использовались советские доплатные знаки 1925 года, которые незадолго до этого были аннулированы и лежали в почтовом ведомстве без всякого применения. Теперь бывшие доплатные марки как бы приобретали вторую жизнь. Одновременно надпечаткой «8 коп.» снабжалась и марка золотого стандарта в 7 коп., которая с изменением тарифов почти вышла из употребления (№№ 322—324). В декабре 1927 г. такая же надпечатка появилась на третьей группе семикопеечных марок из коммеморативных серий предыдущих лет. Правда, выпуск этот уже не носил ярко выраженного почтового характера: в почтовых окошечках широко продавалась только одна миниатюра — с портретом А. С. Попова (№ 334), а остальные (№№ 335—339) большей частью поступили в продажу... прямо в филателистические магазины (поэтому, как правило, они встречаются лишь с магазинными, филателистическими штемпелями).

Кроме знаков оплаты в 8 коп., почте требовались, конечно, и марки для заказных иногородних писем. В мае 1926 г. среди золотого стандарта появился фиолетовый знак достоинством в 18 коп. (№ 238)—первая советская марка с таким номиналом. В конце 1927 г. на смену «золотому» вышел новый — Второй стандартный выпуск марок СССР (№№ 340—354). Отпечатанный на высококачественной мелованной бумаге, он выгодно отличался от предыдущих серий. И не случайно среди коллекционеров за ним прочно укрепилось название «улучшенного выпуска». Прежде других появились новые стандартные марки достоинством в 4, 5, 10, 8 и 1В коп. в соответствии с действующими тарифами. А всего советской почтой в 1926—1928 гг. было издано около пятидесяти марок с номиналами в 8 и 18 коп., марок, «рожденных» третьими почтовыми тарифами СССР.

11 февраля 1926 г. были установлены советские авиатарифы на внутреннюю корреспонденцию, которые действовали до мая 1930 г. (До тех пор пересылка авиаписем внутри страны, например, на участке Москва—Смоленск, производилась лишь по международным таксам). По новым тарифам для внутренней корреспонденции назначался дополнительный авиасбор:

почтовая карточка — 10 коп., закрытое письмо— 15 коп.

Для оплаты авиакорреспонденции разрешалось пользоваться любыми знаками оплаты, поэтому специальных авиамарок не выпускалось. Но одна интересная серия все-таки была издана в точном соответствии с новыми тарифами. 1 сентября 1927 г. появились в обращении две красочные марки в 10 и 15 коп., посвященные 1-й авиапочтовой конференции в Гааге (Голландия). На марках впервые был изображен советский самолет «АНТ—3» на фоне карты мира, тот самый самолет, на котором летчик М. М. Громов совершил в 1926 г. триумфальный перелет по маршруту Москва—Берлин—Париж-Рим—Вена—Варшава—Москва. Советская авиация уверенно выходила на мировую арену, и это сказалось, между прочим, на ежегодном росте протяженности воздушных трасс советской авиапочты.

1 мая 1926 г., в день открытия международной авиалинии Москва—Берлин, вступали в силу на летний сезон того года тарифы на авиакорреспонденцию. Дополнительный сбор «за авиа» был равен:

в Германию (и другие страны, с доставкой до Берлина самолетом, а далее — поездом или пароходом) — 30 коп.;

во Францию, Англию и Голландию — 40 коп.

21 декабря 1926 г, вновь были снижены тарифы на спешную корреспонденцию; теперь дополнительный «спешный» сбор стал равен 50 коп. Делалось это ради популяризации среди населения такого вида корреспонденции. В случае отправки спешного письма «по авиа» взыскивался еще и положенный авиатариф.

С 1 мая 1927 г. на предстоящий летний сезон авиатарифы на международную корреспонденцию были значительно снижены:

в Германию (и др. страны) почтовая карточка — 10 коп.,

закрытое письмо— 16 коп.;

во Францию и Англию, соответственно— 15 и 26 коп.

Авиапочтовая конференция в Гааге, созванная осенью 1927 г. по инициативе Советского Союза, значительно расширила число европейских держав, с которыми наша страна установила обмен авиакорреспонденцией. Поэтому международные тарифы, установленные с 1 мая 1928 г., значительно отличались от всех предыдущих. Теперь дополнительный сбор за авиапересылку из Москвы взимался в зависимости от страны и вида отправления («Бюллетень НКПиТ», 1928, № 8);

 Почтовая карточкаЗакрытое письмо
В Латвию, Литву, Эстонию, Данциг10 коп.20 коп.
В Австралию, Англию, Бельгию, Венгрию, Германию, Голландию,
Данию, Норвегию, Польшу, Францию, Чехословакию, Швецию,
Швейцарию, а также иные страны через Германию
20 коп.30 коп.
В Болгарию, Испанию, Италию, Румынию, Финляндию, Югославию30 коп.40 коп.
В Турцию40 коп.50 коп.

Подобная довольно сложная система взимания авиасбора сохранялась и в летние сезоны 1929, 1930, 1931 гг., каждый из которых по традиции открывался 1 мая.

15. 7. 1928

Постановлением Совнаркома СССР от 19 июня 1928 г. вновь изменялась стоимость пересылки иногородней корреспонденции. «Принимая во внимание низкий размер почтовых тарифов и необходимость увеличить почтовые доходы», — говорилось в постановлении,— СНК установил с 15 июля 1928 г. новый тариф («Бюллетень НКПиТи, 1928, №15):

иногородняя почтовая карточка — 5 коп., .

простое иногороднее письмо — 10 коп.

Прежняя стоимость пересылки почтовой карточки — 3 коп. сохранялась только для карточек местных, внутригородских. (Такое деление карточек и писем на местные и иногородние просуществовало до 1948 г., когда корреспонденция стала оплачиваться по единым тарифам, независимо от места подачи и назначения). В июле 1923 г. небольшое изменение коснулось и оплаты спешных писем. Как и прежде, за них взимался дополнительный сбор к заказному отправлению в 50 коп., но теперь их разрешалось отправлять и по авиа (для ускорения доставки) без особой доплаты. Июльские тарифы потребовали новых знаков оплаты. Через несколько месяцев поступила в обращение серия «В помощь беспризорным детям» (№№ 362—363) с номиналами в 10 + 2 и 20 + 2 коп.—для оплаты простых и заказных иногородних писем. 24 августа 1929 г. вышел в обращение III стандартный выпуск марок СССР (№№ 370—386). И вновь —первыми появились почтовые миниатюры тех достоинств, которые прежде всего требовались почте: 3, 4, 5, 10, 20 и 50 копеек. Такая тесная связь между тарифами и номиналами выходящих марок соблюдалась на протяжении всей полувековой истории советских знаков почтовой оплаты. И нередки случаи, когда время выпуска той или иной марки удалось уточнить, лишь внимательно исследуя тарифы, согласно которым она была издана.

Развитие, расширение линий гражданской авиапочты привело, между прочим, к некоторому усложнению авиатарифов. Так, на линии Москва — Новосибирск плата за пересылку авиаписем со 2 августа 1928 г. стала взиматься в зависимости от того, где живет адресат—в европейской или азиатской части страны. Письмо, отправленное в пределах одной какой-либо части, оплачивалось по-прежнему дополнительным сбором в 15 коп., а из европейской части — в азиатскую (и наоборот) — в 25 коп. Граничным пунктом был Свердловск. 1 мая 1930 г. внутренние авиатарифы частично изменились. Дополнительный авиасбор стал равен:

почтовая карточка — 10 коп.,

простое закрытое письмо — 20 коп.

1. 6. 1931

При пересылке авиакорреспонденции из европейской части в азиатскую (и обратно) сбор этот взыскивался в двойном размере. Такая система значительно усложняла обработку авиапочты, и в 1932 г. она была отменена.

Разумеется, действующие тарифы всегда принимались во внимание при подготовке новых марок. Однако в истории советской почты известно несколько интересных случаев, когда марки, изданные для оплаты авиакорреспонденции, имели номиналы... не совпадающие с тарифами. То были выпуски, предназначенные для специальных авиарейсов. Первым таким событием, встававшим заметный след в филателии, явился полет 10 сентября 1930 г. немецкого дирижабля «Граф Цеппелин» из Москвы в Германию. Письма для отправки с дирижаблем принимались только на Московском почтамте за несколько часов до отлета. Для оплаты корреспонденции был назначен специальный тариф и изданы две специальные марки с зубцами и без зубцов, с изображением летящего дирижабля на фоне плаката «Пятилетку в четыре года!» (№№ 394—397). Дополнительный авиасбор составлял:

для почтовой карточки — 40 коп. (синяя марка),

для письма — 80 коп. (красная марка).

Обе марки наклеивать на одно отправление не разрешалось. Открытки и письма, «пролетевшие» с этим авиарейсом, сегодня стали уже филателистической редкостью. С 1 июля 1930 г. вводились новые тарифы для международной корреспонденции:

почтовая карточка — 10 коп.,

простое закрытое письмо — 15 коп.,

сбор за заказ — 20 коп.

Для франкировки международных писем вышла 15-копеечная оливковая марка III стандарта с барельефным изображением рабочего, красноармейца и колхозника (№ 378). Она появилась в обращении в сентябре 1930 г. Но особенно много вышло марок достоинством в 35 коп. — для заказных международных писем. Это известная миниатюра «Ленин — светлая надежда угнетенных народов» (1932, № 447), марки с портретом А. М. Горького (1933, № 438), почтовый знак с изображением памятника 26-ти Бакинским комиссарам (1933, № 434), красная марка из «Антивоенной серии», рассказывающая о братании солдат на фронте (1935, № 527), и другие. Любопытной особенностью многих 35-копеечных марок является их сегодняшняя филателистическая редкость. Связано это с тем, что тиражи марок для оплаты международной корреспонденции назначались значительно более низкие, чем тиражи знаков, предназначенных для внутренних отправлений.

Постановлением Совнаркома СССР от 27 мая 1931 г. с 1 июня устанавливались новые почтовые тарифы:

почтовая карточка: местная — 3 коп.,

иногородняя — 10 коп.;

простое закрытое письмо:

местное —5 коп., иногороднее —15 коп.;

сбор за заказ — 15 коп.

Нововведением в тарифах являлся отказ от различия в оплате местных писем в Москве, Ленинграде и других городах.

Номинал 3, 5,. 10, 15, 20 и 30 коп. стали теперь для марок основными. Особенно показательна с этой точки зрения серия «15-летие Великой Октябрьской социалистической революции» (№№ 441—447), в которой имеются знаки оплаты всех этих достоинства. С номиналом 15 коп. вышло большинство марок и этнографической серии 1933 г. (№№ 455—473).

В середине 1931 г. в СССР вновь прилетел дирижабль «Граф Цеппелин». И снова для международной корреспонденции, отправленной с воздушным кораблем, был назначен специальный дополнительный авиатариф:

почтовая карточка — 1 руб.,

простое заказное письмо — 2 руб.

Специально для этого рейса издавалась серия марок с зубцами и без зубцов, с изображением момента встречи в Арктике советского ледокола «Малыгин» и дирижабля «Граф Цеппелин» (№№ 424—431). На международную заказную авиаоткрытку наклеивались марки в 30 коп. и 1 руб., а на такое же закрытое письмо — в 35 коп. И 2 руб. Именно в таком виде эти филателистические сувениры и встречаются ныне в коллекциях, 1 мая 1932 г. прежняя громоздкая система дополнительного авиасбора для международной корреспонденции была несколько упрощена. Новые тарифы состояли только из двух пунктов:

в Афганистан, Монголию, Эстонию, Латвию, Литву, Германию и др. — 20 коп. (для открыток) и 40 коп. (для писем);

в Китай, Японию, Францию, Ирландию, Голландию, Чехословакию, Австрию и др. соответственно — 30 и 50 коп.

Эти же тарифы сохранились и на летные сезоны 1933—1935 гг.

Значительные изменения претерпели в 1932 г. внутренние авиатарифы. С 15 мая 1932 г. взамен «наземной спешной и обычной авиакорреспонденции вводился С 15 мая вид отправлений — «экспресс» и «авиаэкспресс». Устанавливались экспресс-тарифы:

почтовая карточка — 50 коп.,

закрытое письмо — 80 коп.

Одновременно издавалась специальная серия марок «Спешной почты» [№№ 432-—434) с изображением почтового мотоцикла, (5 коп), автомобиля (10 коп.) и паровоза (80 коп.).

В 1934 г. появилась крупноформатная серия, посвященная 10-летию советской авиапочты (1923—1933 гг., №№ 486—495) [в каталоге ГФК 1958 г. название серии приведено неточно]. Два последних знака серии — в 50 и 80 коп. — предназначались для экспресс-корреспонденции. 25 августа 1932 г. вышли две марки интересной серии «II международный полярный год» (№№ 435—436), изданные для специального авиарейса с Земли Франца-Иосифа на материк.

Марка в 50 коп, предназначалась для почтовой карточки, марка в 1 руб.—для закрытого письма — таков был специальный тариф для этого рейса. Обе марки имели надпись —«Авиаэкспресс»

Почтовая корреспонденция «экспресс» и «авиаэкспресс» просуществовала в нашей стране до февраля 1938 г.

В. Карлинский