an image
Поиск
Это интересно

Хитрый портной

Известный немецкий драматург Герхард Гауптман заказал как-то у портного пару костюмов. Вскоре ему пришлось выехать в другой город. Оттуда он написал портному, что заказанные костюмы должны быть готовы к такому-то сроку. Мастер не ответил. Тогда Гауптмам написал вторично. Портной опять не ответил, и драматург написал в третий раз. Вернувшись из поездим, он направился прямо к портному и, ударив кулаком по столу, потребовал объяснений, почему его запросы не были удостоены ответа. Портной, лукаво улыбаясь, объяснил: «Чем чаще вы мне пишете, тем лучше. Другие коллекционируют марки, а я — ваши письма. Ваши костюмы давно готовы, но дело не а этом... На паре ваших писем я заработаю куда больше, чем на нескольких парах костюмов».

Анонс

Документ, уточняющий начало обращения почтовых марок в России

Во время своего пребывания в Москве известный французский коллекционер Мишель Липшюц принял участие в заседании президиума Совета ВОФ по научным исследованиям и экспертизе.

Г-н М. Липшюц рассказал членам совета о Французской академии филателии, членом которой он состоит с 1958 года.

— Французская академия, — подчеркнул М. Липшюц,— одна из старейших филателистических исследовательских организаций. Это — независимая организация, не подчиненная каким-либо государственным или общественным учреждениям. Подобно всем французским академиям (наук, изящных искусств и др.) ее состав количественно ограничен 40 действительными членами-академиками.

Преобладают в академии специальности, которые вполне можно назвать классическими. Это — почтовые марки первых выпусков, цельные вещи, штемпеля гашения, домарочный период. Позднее число таких разветвлений, более узких видов коллекционирования пополнилось аэрофилателией.

На последних собраниях академии обсуждался вопрос о расширении специальностей, их модернизации, приближении к современности. В результате решено в состав академии избрать одного действительного члена-специалиста по тематическому коллекционированию.

В состав академии входят также коллекционеры, филателистической специальностью которых являются знаки почтовой оплаты других государств. В частности,— указывает Липшюц,— я был выдвинут и избран в академию, как специалист по русским и советским почтовым маркам. На собраниях академии было прочтено много докладов, посвященных ранним гашениям на русских марках и штемпельных конвертах, русской земской почте, почте на Востоке и др.

При академии имеются две группы членов-корреспондентов. Первую группу составляют 12 французских коллекционеров, вторую — зарубежные филателисты, примерно 25 человек.

Ежегодно академия выпускает 3— 4 сборника «Филателистические документы. Обзоры Академии филателии». В них публикуются доклады, прочитанные на ежемесячных собраниях академии, и все первичные документы, использованные докладчиками для подтверждения своих исследовательских выводов.

Несколько лет назад академия приступила к составлению обширной монографии о французских почтовых марках, которую решено было назвать энциклопедией почтовых марок Франции. Вышел первый том, посвященный почтовым маркам выпусков 1849— 1853 гг. Этот том состоит из двух книг: в первую включены исследования, разборы первых выпусков французских марок и их гашения, а во вторую — все официальные документы и циркуляры, имеющие прямое или косвенное отношение к этим маркам или к штемпелям, которыми они гасились.

Продолжение ...

Контакты
an image

Уральский центр частных коллекций

620075 Екатеринбург, ул. Красноармейская, 10, Бизнес-центр Антей.
E-mail: Данный адрес e-mail защищен от спам-ботов, Вам необходимо включить Javascript для его просмотра.
 
 
 
 


Москва - северный полюс - США

12 июля 1937 года советские летчики Михаил Михайлович Громов (командир корабля), Андрей Борисович Юмашев (пилот) и Сергей Алексеевич Данилин (штурман) по заданию правительства СССР начали свой беспосадочный перелет из Москвы в США через Северный полюс и приземлились в Сан-Джасинто, в штате Калифорния.

Этому героическому перелету, совершенному отважными советскими летчиками на отечественном самолете в год двадцатилетия Великой Октябрьской революции, была посвящена серия из трех марок (№№ 634 — 636) с номиналом 10, 20 и 50 коп. Художник В. Завьялов изобразил на каждой из них на фоне земного шара портреты трех летчиков и трассу полета с начальным и конечным пунктами перелета через Северный полюс.

марка Громов

За успешное выполнение задания летчикам было присвоено звание Героев Советского Союза.

Международная федерация аэронавтики за установление мирового рекорда дальности полета по прямой присудила каждому из трех летчиков именную медаль де Лаво. М. М. Громов. А. Б. Юмашев и С. А. Данилин были первыми летчиками нашей страны, которые получили медали ФАИ де Лаво. Любопытно, что такой же медалью много лет спустя был награжден летчик-космонавт Ю. А. Гагарин.

Когда я просматриваю свою генеральную коллекцию марок СССР, мой взгляд надолго задерживается на тех страницах альбома, где отражена героическая эпопея беспосадочного перелета Москва — США. Портреты летчиков-героев с их автографами и фотография полученной ими медали де Лаво напоминает мне о мужестве экипажа выдающихся покорителей неба, об огромных успехах советской авиации.

Обо всем этом рассказал нам московский коллекционер Петр Георгиевич Щедровицкий. Он же любезно предоставил в распоряжение редакции филателистические документы исторического события — марки.

Мы попросили участника перелета Москва — Северный полюс — США Героя Советского Союза Андрея Борисовича Юмашева поделиться с читателями своими воспоминаниями о событиях тех дней.

Рекорд дальности полета по прямой стоит на первом месте в таблице рекордов Международной авиационном федерации.

В 1931 году рекорд дальности был установлен в США (8065 км).

В 1933 году он перешел сначала к Англии (8544 км), затем к Франции: французы Кадос и Росси пролетели 9104,7 км.

Наша молодая, по бурно развивающаяся советская авиация могла уже принять участие в этом международном соревновании.

В 1933 году первые испытания самолета «АНТ-25», сконструированного коллективом ЦАГИ под руководством А. Н. Туполева, показали прекрасные летные качества машины.

И вот в 1937 году экипажи Чкалова и наш, во главе с Громовым, получили, наконец возможность лететь через Северный полюс в США. Я лечу в качестве второго пилота. Данилин — штурман.

Полет через полюс — задача исключительно увлекательная, хотя с точки зрения установления рекорда дальности этот маршрут не был благоприятным. Сложная метеорологическая обстановка с постоянными циклонами над Ледовитым океаном не позволяла выдерживать график полета по скоростям и высотам и требовала обхода районов интенсивного обледенения.

Весь мир с напряженным вниманием следил за героями. После шестидесяти трех часов полета, протекавшего в упорной борьбе со стихией, экипаж Чкалова произвел посадку в Портленде, пролетев по прямой 8554 км. Трасса через Северный полюс была проложена! И проложили ее советские летчики.

12 июля в 3 часа 21 мин. начался и наш полет. Громов поднимает в воздух рекордный для одномоторного самолета вес—11500 кг, из которых 6000 кг бензина. Впереди долгий и опасный путь. Мотор работает на полную мощность. Мы верим в его надежность, и вера эта удесятеряет наши силы.

С первых же минут земля заволакивается туманом, переходящим в сплошную облачность. Идем вслепую. Лишь на мгновение то здесь, то гам открывается суровая картина бушующего Баренцева моря и безжизненных скал Новой Земли...

Прошли архипелаг Франца-Иосифа. Погода испортилась окончательно. Горизонт закрыла свинцовая стена циклона. Набираем высоту 4000 м и входим в облака. В слепом полете пробиваем второй циклон.

Через сутки подходим к полюсу. Достигнута точка, неудержимо влекущая к себе пытливый ум человека!

Связь с землей прерывается. Преодолеваем третий циклон. Громов и я сменяем друг друга у штурвала. В слепом полете пользуемся двойным управлением. На отдых времени мало, за весь полет удается спать не больше трех-четырех часов. Но вот перестает работать магнитный компас и направление можно держать только по солнечному указателю курса. Данилин внимательно следит за проблесками солнца, снимая его высоту секстантом — единственная возможность определить местоположение самолета.

По расчетам, должны появиться острова Канады. Напряженно всматриваемся в горизонт. Виднеется темная полоса — выходим на остров

Патрика. Еще раз отдаем должное искусству Данилина. Дальше следу ют ряд островов, тундра, озера, предгорья и, наконец, Скалистые горы. Погода ухудшается — опять циклон. Надеваем кислородные маски. Ведем самолет по приборам. Это самый тяжелый отрезок пути. Результаты обследования вынуждают нас менять курс и обходить этот опасный район.

В сумерках выходим к океану вблизи Сиетла. Закончился день, продолжавшийся пятьдесят часов, — самый длинный и самый памятный день полета. Наступает ночь. Теперь уже летим на юг по маякам авиационных линий. Долго не появляется Сан-Франциско. Но вот и он. Рекорд дальности побит! Видим: на аэродроме многотысячная толпа. Однако решаем лететь дальше и к рассвету подходим к границам Мексики. Достигнута предельная точка маршрута! Утренний туман закрывает прибрежную полосу вместе с аэродромами и городами Сан-Диего и Лос-Анджелес. Приходится выбирать площадку среди гор. Наконец, производим посадку около городка Сан-Джасинто...

Перелет закончен. Позади 62 часа, 17 минут полета. Многолетняя работа завершилась полной победой. Рекорд французских летчиков Кадоса и Росси превзойден более чем на 1000 км. Мы сходим на американскую землю, перед нами синева южного утра — утра нашей победы!

Весть о новом достижении советской авиации молниеносно облетела мир. Через несколько часов мы получили телеграмму от руководителей партии, правительства и комиссии по организации перелета: «Громову, Юмашеву, Данилину - Поздравляем с блестящим завершением перелета Москва — Северный полюс — Соединенные Штаты Америки и установлением нового мирового рекорда дальности полета по прямой. Восхищены вашим героизмом и искусством, проявленными при достижении новой победы советской авиации. Трудящиеся Советского Союза гордятся вашим успехом. Обнимаем вас и жмем ваши руки».

На родину мы возвращались через Европу. На каждой станции нас восторженно приветствовали как победителей.

Думаю, филателистам будет интересно узнать, что на приеме в Белом доме мы подарили президенту Рузвельту — известному коллекционеру — конверт письма. На нем — штемпель Москвы с датой вылета. Рузвельт улыбаясь поблагодарил нас, сказав при этом, что конверт явится украшением его коллекции, и попросил оставить на нем наши автографы.

А. Юмашев