an image
Поиск
Это интересно

Неожиданную роль должна была сыграть открытка в деле приговоренного к смертной казни убийцы и грабителя Позе, в Ландсберге (Германия). Накануне приведения в исполнение приговора, прокурор спросил осужденного, не имеет ли он каких-либо желаний. «Я бы желал получить красивую иллюстрированную открытку: на ней я напишу вам письмо с того света, господин прокурор»,— ответил осужденный.

Анонс

На заре футбольной филателии

В 1968 году в Мехико торжественно прозвучат фанфары, возвещая об открытии XIX Олимпийских игр. Острая спортивная борьба развернется на гаревых дорожках, в секторах для прыжков, в плавательных бассейнах на волейбольных и баскетбольных площадках, на ринге, на помосте для тяжелоатлетов. Поистине марафонскую дистанцию предстоит преодолеть футболу, прежде чем 16 сильнейших команд выйдут на зеленые поля Олимпиады. Семьдесят шесть национальных футбольных ассоциаций подали заявки на участие в предварительных играх, а путевок в Мексику только четырнадцать. Страна-организатор Олимпиады и победитель XVIII Игр в Токио допускаются к финальному турниру без предварительных игр.

Сборная СССР будет бороться за поездку в Мексику в группе «А». До 30 июня 1967 года ей предстоит встретиться с футболистами Албании. Победитель проведет матч со сборной Польши, а затем его соперниками станут либо спортсмены Чехословакии, либо Югославии.

Как часто говорят спортивные комментаторы, сердца миллионов болельщиков замерли в тревожном ожидании.

А филателисты, коллекционирующие футбольные марки? Они внимательно следят за всеми выпусками. И пополняют свои альбомы и кляссеры.

Марки и футбол дружат более сорока лет. А как родилась эта дружба? Вот что рассказывают Е. Сашенков и М. Левин, которые готовят новую филателистическую книжку, посвященную футбольной филателии.

Футбол едва ли не самый популярный вид олимпийского спорта. Однако в самом начале идея включить эту игру в программу Олимпиад столкнулась с серьезными трудностями.

Мысль о необходимости провести футбольный турнир в рамках Игр принадлежала основоположнику современного олимпизма, французскому педагогу Пьеру де Кубертену. Не лишне вспомнить, что в те времена, когда он выступил со своим предложением — в июне 1894 г., — еще не было Международной федерации футбола. Предложение Кубертена встретило противодействие со стороны тех, кто на первом конгрессе Международного олимпийского комитета в Париже разрабатывал программу предстоящей Первой Олимпиады в Афинах. И это нашло отражение в официальном документе — Бюллетене № 1 Международного комитета Олимпийских игр (1894 г., § ХII). Возражения противников Кубертена сводились к тому, что футбол-де командное соревнование, а в древних олимпиадах выявлялся лишь единоличный победитель.

Тем не менее, на Играх первой олимпиады был создан прецедент командных соревнований — состязание по перетягиванию каната. Поэтому-то уже в 1900 году — когда футбол стал более популярен — организаторы не смогли обойти его в программе Игр. Следует, правда, отметить, что в некоторых официальных изданиях ничего не сказано о том, что в Олимпиаде 1900 г. участвовали футболисты. Но факт проведения футбольного олимпийского турнира подтверждают авторитетные историографы Игр Ф. Мезе и П. Андерсен.

В 1904 г. была создана, наконец, Международная федерация футбола. И с тех пор (Олимпийские игры 1904 г., Сент-Луис, США) футбол стал непременным участником всех олимпиад.

Неполнота и разночтения в материалах, возвращающих нас к первым шагам футбола на Олимпийских играх, имеют свои причины. Тогда не вели летопись игр, не было историографов, печатных программ и музеев. А те, кто мог бы их заменить — коллекционеры-энтузиасты, — не могли пополнять свои собрания футбольными сувенирами олимпиад, поскольку сувениры тогда не выпускали.

Самым первым документом футбольной филателистической коллекции стал специальный штемпель 1906 года. На первый взгляд может показаться странным, что через год после III Олимпиады в Сент-Луисе, нарушив все календари, вдруг появился олимпийский сувенир — почтовый штемпель. Подпись на греческом языке гласила: «Афины. Олимпийские игры (Стадион). 9 апреля 1906 г.».

В связи с этим не лишне вспомнить, что в порядке исключения, на родине Олимпиад, в Греции, по случаю 10-летия возобновления древней традиции, были проведены внеочередные, юбилейные игры. Они получили, в отличие от «законных» — порядковых игр, название «промежуточный Олимпиады». И вот именно этому, внеочередному олимпийскому празднику суждено было стать виновником появления новой традиции — «штемпелеисчисления» олимпийской истории.

Упомянутый спецштемпель — своеобразный филателистический предшественник футбольной тематики. И в самом деле: нет другого документа, который на языке почты зафиксировал бы факт проведения на беломраморном стадионе в Афинах футбольного турнира «промежуточной Олимпиады». По иронии судьбы, однако, на древнем стадионе, неоднократно бывшем свидетелем триумфа эллинского спорта, на сей раз произошло неожиданное. К огорчению соотечественников, футбольная команда Греции потерпела сокрушительное поражение. Она проиграла победительнице турнира — команде Дании со счетом 0:9.

Вторым филателистическим документом, косвенно относящимся к участию футболистов в олимпийских играх, был снова спецштемпель. Он применялся шведской почтой на играх V Олимпиады в Стокгольме в 1912 году. На протяжении всех дней соревнований па конверты ставили оттиски двух разных спецштемпелей с одинаковым текстом: «Стокгольм. Стадион».

Филателистам, коллекционирующим материалы на тему об истории отечественного футбола, очевидно, небезынтересно узнать, что эти штемпеля непосредственно связаны с их темой. Ведь футболисты России, принявшей активное участие в Стокгольмской олимпиаде, тогда дебютировали в футбольном турнире.

Увы, дебют был неудачным. Уже первый свой матч — с командой Финляндии — спортсмены России проиграли. По свидетельству участника встречи В. Житарева, «беда заключалась в том, что когда встал вопрос о формировании команды на Олимпиаду, между Петербургом и Москвой начались настоящие бои... Сборная прибыла в Стокгольм несыгранной, так как никакой тренировочной работы с командой не проводилось.»

Продолжение ...

Контакты
an image

Уральский центр частных коллекций

620075 Екатеринбург, ул. Красноармейская, 10, Бизнес-центр Антей.
E-mail: Данный адрес e-mail защищен от спам-ботов, Вам необходимо включить Javascript для его просмотра.
 
 
 
 


Вам - доплатное письмо

В советском каталоге описаны, разумеется, не все марки вообще, а лишь те, которые мы называем почтовыми. Каковы же их признаки, каковы отличия от марок непочтовых — благотворительных, гербовых, профсоюзных? Обозначение на рисунке названия государства? Слово «почта»? Цифра номинала? Гашение почтовым штемпелем?

На марке РСФСР в 7500 руб. с изображением эмблемы «Серп и Молот» нет названия государства. Но марка-то, безусловно, почтовая!

Вот марка «Беспризорным детям» 1926 г. На ней нет слова «почта», но кто усомнится в ее почтовой принадлежности?!

На марке 1922 г. не обозначен номинал. На ней лишь слово «ГОЛОДАЮЩИМ» и название страны — РСФСР, однако и она — подлинно почтовый выпуск!

Марка, изданная в 1924 г. Комитетом помощи инвалидам войны, погашена почтовым штемпелем, но, несмотря на это, она — благотворительная. Что же главное? Нет, не зря мы употребляем взамен термина «почтовая марка» синоним — «знак почтовой оплаты». Да — это знак, своеобразная квитанция, свидетельствующая об оплате отправителем почтовых расходов по пересылке и доставке его корреспонденции в размере, который обозначен номиналом.

Поэтому, если номинал какой-либо марки не включает в себя вовсе почтовых сборов за пересылку и доставку корреспонденции,— называть такую марку знаком почтовой оплаты нельзя. Это марка непочтовая, фискальная.

В 1922 г. в Ростове-на-Дону вышла специальная серия «Юговосток помоги голодающему». На четырех крупноформатных марках были как будто все необходимые атрибуты: и слова «РСФСР» и «почта», и номиналы 2000, 4000 и 6000 руб. К тому же, марки продавали в почтовом окошке, их наклеивали на отправления и гасили календарными штемпелями. И все-таки в каталоге советских почтовых марок их нет. В чем же дело? «Секрет» выпуска —в номинале: вся сумма, обозначенная на марке— до единой копейки! — шла в фонд помощи голодающим и не считалась почтовым доходом. Вот почему, несмотря на надписи, марки «Юго-востока» были не знаками почтовой оплаты, а фискальными. Не удивительно, что на конверты их наклеивали только рядом с обыкновенными почтовыми марками, которыми, собственно, и оплачивалась пересылка и доставка письма.

Но вернемся к доплатным маркам.

Итак, книга формы № 9 продолжала существовать. И марки, настоящие почтовые марки, как и встарь, пестрой мозаикой заполняли ее страницы. Вот где хранились подлинные знаки, свидетельствующие об оплате пересылки и доставки доплатного письма!

А контрольные марки синие, серо-синие и коричневые, с броскими надпечатками «Доплата... коп. золотом.», так скрупулезно расклеенные на конвертах отделом обработки доплатной корреспонденции,— что они? Они, эти знаки, служили единственной цели — обозначать на письме величину доплатного сбора. И только. Иными словами, марки с надпечатками оказались своеобразным элементом оформления доплатных писем. Таким же, как сегодня штемпеля «Доплатить ... коп», где сумма проставляется от руки. И сами контрольные марки, разумеется, не имели никакой валютной ценности (хоть на них и обозначен номинал), а поэтому не могли служить для оплаты пересылки корреспонденции, то есть не являлись знаками почтовой оплаты!

марка доплата 14 коп

Зато они помогли наладить многосторонний учет доплатной корреспонденции: по числу израсходованных за день марок судили о том, каков объем доплатных поступлений; выявляли типические причины неправильной оплаты писем; отрабатывали новую документацию, которая упрощала почтовую статистику...

И сам собою пришел ответ на памятную загадку об оранжевой марке РСФСР с ручной фиолетовой надпечаткой. Так как «таинственная» марка служила лишь оригинальным ярлыком для обозначения суммы доплатного сбора, то Московский почтамт мог ее отпечатать сам, по собственной инициативе.

Вот только в филателистических каталогах доплатные контрольные надпечатки, которые не были знаками оплаты, следовало помещать не среди основных почтовых выпусков, а в каком-нибудь ином, специальном разделе.

Как будто все ясно. Но теперь начали одолевать новые сомнения. А второй выпуск наших доплатных марок, появившийся весною 1925 г. на смену контрольным надпечаткам, он что — тоже непочтовый?

....ЯВЛЯЕТСЯ ПОЧТОВЫМ ДОХОДОМ

С 1 мая 1925 г. вводились в обращение новые доплатные марки.

С интересом вчитываюсь в архивный документ сорокалетней давности. Вот его основные пункты с некоторыми сокращениями:

«7. В предприятиях места подачи на не вполне или вовсе не оплаченные отправления накладывается оттиск доплатного (каучукового) штемпеля: «При выдаче взыскать сумму, указанную на доплатной марке».

В местах назначения выделяют все доплатные отправления, затем определяют сумму сбора, которая причитается с каждого отправления, и на эту сумму наклеивают (на стороне клапанов) доплатные марки, погашая их календарным штемпелем...

11. Доплатные марки заготовляются Наркомпочтелем стоимостью в 1, 2, 8, 10 и 14 коп. (позднее вышли и марки с номиналами в 3 и 7 коп.—В. К.). Они имеют форму и окраску, резко отличающую их от прочих знаков почтовой оплаты, и особую надпись «ДОПЛАТА». Эти доплатные марки являются разновидностью обыкновенных знаков почтовой оплаты, и суммы, вырученные от расхода их (доплатной сбор), являются почтовым доходом...

21. Учет основного запаса доплатных марок и сумм, вырученных от их расхода, производится применительно к существующему порядку учета обыкновенных знаков почтовой оплаты и почтовых доходов».

И, наконец, последний пункт! «25. Этой инструкцией отменяется ведение книги формы № 9».

Итак, 1 мая 1925 г. опытные контрольные знаки с надпечаткой «Доплата ...коп. золотом» уступили место на конвертах подлинно почтовым доплатным маркам!

Курсировали новые марки сравнительно недолго — 1 февраля 1926 г. они как доплатные были отменены и использовались в качестве обычных знаков почтовой оплаты. А 15 мая 1927 г. их изъяли из обращения навсегда. Но и книга формы № 9 на почту не вернулась — доплатной сбор, взысканный без марок, тоже теперь считался почтовым доходом.

Сегодня доплатные советские марки — уже история...

ПРОПАЛА МАРКА

Однако опытные контрольные знаки с надпечатками «Доплата ...коп. золотом» успели все-таки пробыть в обращении более года.

Их жизнь, не лишенная приключений, начиналась довольно безоблачно: надпечатки в 1, 3, 5, 10, 12, 32 и 40 коп. золотом были изготовлены на Гознаке в декабре 1923 г. и выпущены в обращение с 1 января 1924 г.

марка доплата 32 коп надпечатка

Любовно и бережно наклеивали их на конверты и вначале даже не гасили календарными штемпелями. Но позднее марки все-таки начали гасить... А нельзя ли узнать, когда?

Вновь и вновь перелистываю официальные бюллетени, журналы, газеты... Увы, ответа нет... То ли почтовые отделения по собственному почину ввели гашение, а Наркомпочтель молчаливо его одобрил, то ли запропастился куда-то, затерялся в толще архивных бумаг нужный документ...

У филателиста в подобных случаях остается единственный путь к истине: гашеные марки! Только они, сами герои исследования, могут пролить свет на не ясные еще детали.

В филателистической литературе то и дело вспыхивают дискуссии — какие марки собирать: чистые или гашеные? Признаться, сейчас мне было не до. дискуссий — без гашеных марок я попросту не мог обойтись. И я решил познакомиться со многими коллекциями...

Гашеных доплатных марок с четкой датой гашения обнаружилось немного. Но даже найденные несколько десятков выявили очевидную закономерность. Судите сами.

1 коп. 9. 7. 24

3 коп. 26. 5. 24

5 коп. 28. 5. 24

10 коп. 2. 6. 24

12 коп. 8. 4. 24

32 коп.

40 коп. —

Ориентировочно можно предположить: с января по март марки не гасили вовсе. Гашение началось, видимо, в апреле...

Но вот что удивляло: мне не удалось встретить ни одной гашеной марки достоинством в 32 и 40 копеек! А для чего вообще заготовлены марки с такими высокими номиналами?

Доплатной сбор в 1924 г. взыскивали в размере суммы, недостающей до оплаты заказного отправления. Итак, если письмо брошено в почтовый ящик вовсе без марки (наиболее распространенный вид доплатных писем), то доплата будет равна полной стоимости заказного письма. Заглянем в действующие тарифы.

Есть! Ровно 32 копейки стоит пересылка международной заказной открытки. Сорока копейками оплачивается международное заказное закрытое письмо. Любопытно, не правда ли? Контрольные знаки в 32 и 40 коп., оказывается, предназначались для оформления тех неоплаченных открыток и писем, которые могли поступить к нам... из-за границы! А такое случается нечасто. Итак, две эти марки, возможно,— одни из наиболее редких гашеных советских марок. А в нашем каталоге они оценены... по полкопейки.

В начале 1925 г., как следует из справочников, были изданы еще два контрольных знака — в 8 и 14 коп.

Появление последней марки можно было ожидать: в конце

1924 г. изменился тариф на закрытые иногородние письма; отныне заказное отправление стоило 14 коп. А вот к чему знак в 8 копеек — догадаться сложновато: такого тарифа нет.

Опять обращаюсь к гашеным маркам:

8 коп. —

14 коп. 23. 2. 25

Снова прочерк! Как же выяснить, когда вышла марка? Снимаю с полки немецкий каталог «Зенф» на 1926 г. Он подписан к печати летом 1925 г. и должен включать все, вышедшее в первой половине года. Странно... Марка в 14 коп. есть, а 8-копеечной нет и в помине.

Открываю «Михель». Та же история!

Смотрю филателистическую литературу тех лет. На радость нынешним исследователям журнал «Советский филателист» из номера в номер аккуратно публиковал сведения о выпуске марочных новинок. Перелистываю 1925 год. О марке в 8 коп. ни строчки! Возвращаюсь, на всякий случай, в предыдущий год... Пропала марка!

Но вот что нахожу: в декабрьском номере журнала за

1925 г. помещена итоговая, об зорная заметка Б. Раевского «Доплатные марки СССР». Автор сообщает:

«Надпечатки встречаются двух оттенков — красная и карминовая; перечисляем: 1 к., 3 к., 5 к., 10 к., 12 к., 32 к., 40 к. Позднее эта серия была дополнена еще новой стоимостью: 14 к.»

И здесь никакого упоминания о знаке в 8 коп. Но ведь, когда писалась заметка, сами доплатные контрольные марки уже полгода, как были изъяты!

Оставалось единственное решение: если к концу 1925 г. марка в 8 коп. была еще вовсе неизвестна, значит, в почтовое обращение она и не поступала! Видимо, в свое время марку заготовили на Гознаке, но по каким-то причинам не выпустили. Уже позднее ее передали в филателистические магазины для продажи коллекционерам, а уже после этого включили в каталоги. Подобные случаи известны в филателии.

Интересное замечание нашлось в одной из более поздних специальных статей:

«Выпуск марок... происходил неодновременно: марки в 1, 3, 5, 10, 12, 32 и 40 коп. были выпущены в декабре 1923 г., марка в 14 коп. — в 1925 г.; время выпуска марки в 8 коп. более или менее точно установить пока не удалось». Это писалось в 1926 году. Тайна 8-копеечной контрольной доплатной марки до сих пор осталась неразгаданной...